Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?

0
39

Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?Свобода стала высшей категорией рабства. К свободе принуждают сильнее, чем прежде принуждали к рабству. Но то рабство было внешним и потому менее опасным. Нынешнее рабство внутреннее. От него нет спасения.Свобода — это идол либерализма, которому не только поклоняются, но и приносят человеческие жертвы. Это божество либеральной религии, и, как всякая религия, либерализм имеет свой катехизис и свою инквизицию. Свобода — это самое тоталитарное мировоззрение. Те, кто против обязательной свободы, подвергаются гражданской казни, порой переходящей в физическую.Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?СвободаАлександр Горбаруков © ИА REGNUMНеслучайно Достоевский сказал, что любой бунт начинается с атеизма. Свобода требует разрушения всех связей человека с обществом и с другой религией, в которой есть Бог. Свобода сама претендует на статус бога. Потому, требуя разрушить весь мир до основанья, в котором есть государство, и церковь, в которой есть Бог, свобода немедленно строит на их руинах свою церковь — церковь сатаны, и своё государство — государство Нового Мирового Порядка.Ради свободы в мире вводятся самые репрессивные практики контроля над поведением и сознанием человека. Протест против манипуляции сознанием трактуется как протест против свободы. Привязанность к традиционным институтам общества объявляется реакционной архаикой, не выпускающей общество из пут необходимости в царство свободы. Борьба за свободу напоминает борьбу за мир, в результате которой от мира камня на камне не останется.Идеальная свобода — это космическое одиночество полностью освободившейся личности. Отсутствие всех привязок и обязанностей, налагаемых человеком на самого себя из любви к ближнему. Идеальная свобода — это отсутствие семьи, детей, Отечества, национального и религиозного чувства, гендерных особенностей, принадлежности к культуре.Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?Иоганн Генрих Фюссли. Одиночество на рассвете. 1796Свобода — это состояние вечного выбора между этим и тем, тяжкая болезнь ума, как называл это состояние Брюс Ли. Верующий в свободу оказывается в рабстве у этой религии, лишающей его всякой свободы и прежде всего свободы любви. Ведь любовь — это жертвование своими прихотями ради того, кого любишь. Бог есть Любовь, и потому свобода от Бога есть свобода от любви.Родители любят — и потому добровольно отказываются от себя ради детей. Это рабство с точки зрения религии свободы. Венчающиеся любят — и потому отказываются от себя ради супруга/супруги. Солдаты любят — и потому идут на смерть ради своего народа и Отечества. Учёные любят — и потому идут на костёр ради истины. Любовь — величайший источник жизненной силы и созидающей энергии.Свобода — это обесточенное состояние расслабленности. Вместо любви — секс, вместо служения — интересы, вместо жертвы — стяжательство. Это право выбора свободного индивида. Свобода — это апофеоз эгоизма и самолюбия. Свобода — это неучастие в жизни, если понимать жизнь как эмоциональное включение в ситуации, не касающиеся лично тебя здесь и сейчас.

Да, формально человек свободен выбирать между добром и злом. Но такая свобода возможна лишь после добровольного отказа от любви, которая есть признак Бога в душе. Свобода от души — тоже непременный атрибут религии свободы. И, если вы отказываетесь выбирать свободу, на вас обрушится вся мощь мира сего. С его князем, который прежде всего освободил человека от веры и любви к ближнему и приучил к себялюбию как религии свободы.Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?Михаил Александрович Врубель. Демон. 1890Свобода стала высшей категорией рабства. К свободе принуждают сильнее, чем прежде принуждали к рабству. Но то рабство было внешним и потому менее опасным. Нынешнее рабство внутреннее. От него нет спасения.Отказ от свободы во имя ближнего — высшее проявление свободы. Но для религии свободы это недопустимая ересь. Человек не должен отказываться от свободы добровольно даже ради ближнего. Тем самым он искушает других поступить точно так же.Абсолютная свобода — это абсолютное одиночество. Именно так понимают ад в православной конфессии христианства, составляющей глубинную основу русской цивилизации. Именно потому православие соборно, так как свобода от свободы — это непосильная для одиночки задача.Протестуя против религии, адепты секты свободы обвиняют её в лишении свободы верующих. Тем самым они стремятся лишить человека места в обществе и мироздании, трактуя его как полностью автономное существо. Оно не должно подвергаться инстинктам коллективизма, так как это уже несвобода. Идеальная свобода — это полный отказ от своего Я и своей идентичности. В пределе полная свобода — это смерть. А стремление к полной свободе — это стремление к смерти.Неслучайно именно в либерализме расцветают культы сатанизма и уничтожаются все системы координат, защищающие жизнь и обязывающие к её защите. В либерализме жизнь и смерть — это свободный выбор индивида. Никакие ограничения этой свободы недопустимы.Как свобода стала высшей категорией рабства по принуждению?Иоганн Генрих Фюссли. Ночной кошмар. 1781Религия свободы — это религия рабства без оруэлловского парадокса. Свобода это рабство, если свобода не относительна, а абсолютна. Нет более несчастного человека, чем всю жизнь прожившего в полной свободе.Самое страшное рабство — это рабство свободы, толкающее человека на самые страшные злодеяния. Все самые страшные преступления делались исключительно ради свободы. Ни одно из них не совершалось ради рабства.Иллюзия свободы выбора — одна из самых главных и опасных иллюзий человечества. Разум не может быть критерием выбора, так как он демонстрирует предельную неспособность человека к рациональности и трезвости. Рациональность понимается человеком как насилие, направление на подчинение мира. Разум материализуется в агрессию. Самый свободный в таком мире — это самый сильный и агрессивный.Соблазн свободы — один из главных мифов человечества. Ложь, лежащая в основе лжи демократии. Свобода — это безответственность. Мы бы не выжили в мире, где торжествует полная свобода. Умение накладывать на свою свободу ограничения — критерий жизнеспособности общества. Тот, кто это понимает, созрел до настоящего понимания свободы.