Как родившиеся после СССР идут на смену Навальному

0
20

Как родившиеся после СССР идут на смену Навальному

Роман Юнеман — один из немногих публичных политиков, полностью лишенных советского «анамнеза».

С отправлением Алексея Навального в колонию закончился не просто этап его биографии. На ближайшее время расчистилось место в оппозиционном спектре российской политики. И стоит присмотреться повнимательнее – кто может занять его в нынешних условиях?

В Москве довольно громко заявляет о себе в эти дни Роман Юнеман, двадцатипятилетний политик, получивший известность в 2019 году во время выборов Мосгордумы. Тогда он баллотировался как независимый кандидат по 30 округу (Центральное и Южное Чертаново).  Юнеман, к удивлению многих, не только смог зарегистрироваться, но и провести такую напористую кампанию, что в итоге проиграл кандидату от «Единой России» менее ста голосов, заняв второе место. Но «цимус» заключался даже не в этом, а в том, что «умное голосование» Навального поддержало не Юнемана, а кандидата от КПРФ Владислава Жуковского по этому округу. Даже когда стали известны итоги голосования, Навальный все равно писал, объясняя свой выбор: «мне, безусловно, больше импонирует Жуковский — он прямо критикует мэрию и ЕР, а Юнеман занимает осторожную позицию и Собянина не критикует (зато очевидно лучше кампанию провел)».

Сейчас Юнеман объявил, что будет баллотироваться в Госдуму по 210 округу (территория, частично совпадающая с 30 округом в МГД), и провел соответствующую презентацию. С учетом его предыдущего выступления Юнеману уделили значительное внимание.

Но нам он интересен не столько своими шансами на победу (до дня выборов еще далеко, и неизвестно — кто станет его соперником (прославившийся главврач Проценко, вроде бы, отказался, но им список сильных конкурентов не исчерпывается), какая повестка дня будет в округе, как сложится вообще политическая атмосфера в стране). Юнеман важен как представитель первого посткоммунистического поколения русской молодежи в политике.

Как родившиеся после СССР идут на смену НавальномуРоман Юнеман

Тот же Навальный – человек вполне советский, и до пятнадцати лет жил при власти компартии. Как личность он формировался в девяностые. А Юнеман в 1995 году только родился. Для него СССР, ВЛКСМ, КПСС – понятия допотопные, из той же серии, что и мезолит и с неолитом.

Все тридцать лет, начиная с 1991, многие представители общественности мечтали о приходе «непоротого» поколения, свободного от мифов и умонастроения советской эпохи, связывая с ним свои ожидания. И вот оно, наконец, пришло. Причем Юнеман не просто постсоветский, он и родился в Германии, и рос не в России, а в Казахстане, в Караганде, так что совершенно свободен от влияния, условно говоря, «имперского сознания». В этом смысле эксперимент еще интереснее.

Итак, уроженец Германии, выросший в Казахстане, закончивший элитную «вышку», работавший в межнациональной корпорации, этнический поволжский немец. К чему он апеллирует, на что опирается? Казалось бы – такому всеми обстоятельствами велено быть ультралибералом, сторонником политкорректности и прочих новомодных веяний, разумеется, с усмешкой относиться к патриотизму и всему русскому.

Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что подобные ожидания не имеют ничего общего с реальностью. Юнеман прямо говорит: «наша русская история — главный инструмент в построении национальной идентичности». Себя он называет именно «русским», а не «российским» политиком. И многие высказываемые им вещи, например, по тому же Крыму, – против шерсти типичной прозападной публике.

Как родившиеся после СССР идут на смену НавальномуРоман Юнеман

Разумеется, на основании одних высказываний нельзя делать далеко идущих выводов. Навальный начинал, как мы помним, с союза с русскими националистами, но сегодня плотно «приватизирован» либеральной тусовкой. Тем не менее, сам факт декларируемой ориентации молодого политика знаменателен.  Для представителей его поколения, как выясняется, многие понятия, «запрещенные» для типичного российского либерала, вовсе не являются табу.

Отметим, что под «либералами» мы имеем в виду тех, кто присвоил себе это определение в нынешнее время. Настоящие русские либералы до 1917 года не признали бы в них своих соратников, они были в полной мере государственниками и патриотами, сторонниками империи. Тот факт, что взгляды представляемые Юнеманом не встречают автоматом отторжения как среди избирателей (московских!) вообще, так и среди молодежи – его основной группы поддержки, вселяет определенные ожидания на то, что постсоветское поколение действительно будет лучше предыдущего. Тут следует сделать важное примечание – речь идет о публичных политиках. Среди чиновников, уже берущих власть, есть также немало не заставших советские времена, но они формируются целиком под воздействием «старших товарищей» со всеми вытекающими отсюда пороками.

Повторим, верить нельзя никому, особенно в политике. Достаточно вспомнить Веру Кичанову, раскрученную хипстершу, ставшую в 2012 муниципальным депутатом в Южном Тушино – в двадцать три года, а после помахавшую своим избирателям ручкой, и уехавшую в Киев, а затем в Оксфорд. Но Кичанова как раз и представляла именно псевдолиберальное направление в политике, антинациональное. Да и Советский Союз, пусть и в младенческом возрасте, она застала. Юнеман же – чистый продукт постсоветской эпохи.

Как родившиеся после СССР идут на смену НавальномуВера Кичанова

 Полная беспринципность и продажность оппозиции, существовавшей до сих пор, ее антинациональные устремления, во многом объясняются именно родимыми пятнами советского менталитета, который продолжался и в 90-е годы с поправкой на культ денег («бабло побеждает зло»). Сейчас, мало-помалу, атмосфера очищается. Вместе с новыми людьми появляются новые ценности.

В завершение необходимо отметить еще одно важное обстоятельство – Юнеман избрал путь публичной политики. Но система в России сейчас такова, что подобным образом влиять на государственный курс практически невозможно. Депутатство, грубо говоря, это путь в никуда. Власть вполне автономна, и от результатов выборов никак не зависит. Даже когда кто-то прорывается наверх через голосование, он оказывается в положении одиночки, не способного ни на что повлиять. Если он хочет задержаться, он обязан играть по правилам.  Достаточно вспомнить Ройзмана в Екатеринбурге. Поэтому случай Юнемана – это во многом про неизжитую наивность.