Альберто Контадор о Крисе Фруме, измерителях мощности и изменениях в велоспорте

0
13

  Прошло два года с тех пор, как Альберто Контадор завершил карьеру.  С 2011 по 2017 год одним из главных соперников Альберто Контадора на Тур де Франс и Вуэльте Испании был Крис Фрум, который в этом году возвращается после тяжёлой травмы, чтобы попробовать завоевать пятый титул победителя Большой Петли.

  В интервью журналу Procycling Альберто Контадор рассказал о соперничестве с Крисом Фрумом, о том, как изменился велоспорт и что может сделать велоспорт более интересным.

Альберто Контадор о Крисе Фруме, измерителях мощности и изменениях в велоспорте

Photo © Unipublic/Photogomez Sport

 

Procycling: Чаще всего люди вспоминают, как ты боролся с Крисом Фрумом…

Альберто Контадор: Честно говоря, я скорее боролся с командой, чем с отдельным гонщиком. Я больше соперничал с командой Sky, чем с Фрумом, в отличие от, скажем, соперничества с Энди Шлеком. Я сражался с их философией гонки. Методы Sky, применяемые в гонке, заставили меня изменить мои методы тренировки. С 2014 года я начал тренироваться на высоте и в тот год одержал много побед.

— Как думаешь, тот факт, что команда Sky обладала большими финансовыми ресурсами, давало им нечестное преимущество?

— Одно неоспоримо – такая же ситуация как в футболе с «Барселоной» или «Реалом Мадрид» — чем больше денег у тебя есть, тем более высокого качества игроков можешь купить. Хотя дело не только в этом. Нужны ресурсы и правильная подготовка.  Но если ты можешь выставить 8 гонщиков высшего уровня на Дофине и 8 гонщиков такого же уровня на Тур Швейцарии в одно время, то состав на Тур де Франс будет выдающимся, при том, что много потрясающих гонщиков останется и на скамейке запасных. А другие команды с трудом могут найти восемь сильных гонщиков для Тура, и, возможно, включают в состав одного – двух обычных гонщиков, чтобы заполнить номера.

— Если бы ты мог подписать в Sky одного гонщика в качестве помощника для Фрума, то кого бы выбрал?

— (Долго думает). Ричи Порта. Когда он выступал в Sky, были дни, когда он ехал лучше Фрума. Ваут Пулс – ещё один. И таких в Sky много – Михал Квятковски, Герант Томас. Но я бы подписал Порта.

— Согласишься с таким мнением – когда Sky застают врасплох, их слабым местом является скорее стратегия, чем физические способности? Например, когда Фрума поймали в Пиренеях на Туре в 2013 или когда ты атаковал на Формигаль в 2016 на Вуэльте Испании?

— Думаю, первоначально самым большим препятствием в Sky было то, что их знания о гонках базировались на достижениях британцев на треке. Им не хватало тактических знаний о сценариях гонок на шоссе. Иногда пробелы в этом отношении оставались незаполненными долгое время, даже годами.

  Конечно, у них были очень опытные в отношении шоссейных гонок гонщики, но некоторые из команды таким опытом не обладали. Со временем они постепенно закрыли все эти пробелы. Теперь очень редко Ineos можно застать врасплох. Другая слабая точка Фрума – холод. Но он выбрал главной целью Тур де Франс, который проходит почти всегда в жаркую погоду, и это его преимущество.

—  Если ли какие-то признаки, по которым можно сказать, что Фрум испытывает трудности, застигнут врасплох или уязвим?

— Нет. Именно в этом смысле Фрум – один из самых необычных гонщиков, с которыми я пересекался. Когда он идёт в подъём, то часто рано выпадает, но постепенно добирает. Помню, на Анкарес во время Вуэльты Испании в 2014 Хоаким Родригес атаковал, потом за ним поехал Алехандро Вальверде. А я решил остаться с Фрумом, когда он выпал. Сначала мы добрали Пурито, потом поймали Вальверде, а за километр до вершины я атаковал и смог выиграть. Но для меня это был совсем другой стиль, хотя, конечно, он принёс некоторые потрясающие результаты.

 Помню в 2013 на Тур де Франс или Критериуме Дофине я атаковал, потому что подумал, что у него неудачный день, а он закончил тем, что догнал меня и сбросил. Когда он впервые это сделал, я не слишком расстроился, но когда он во второй раз побил меня этим же приёмом, я сказал себе, что больше не попадусь в эту ловушку.

—  Люди проводят различия между «методом команды Sky» и «методом Альберто Контадора», говоря, что Sky ведут гонку головой, а ты – сердцем. Но какой ты назовёшь свою победу на Фуэнте Де в 2012 году на Вуэльте Испании, когда ты вернулся после бана. Та победа была одержана большей частью благодаря хорошей стратегии, ты мудро использовал помощь своих товарищей по команде, например, Сержио Паулиньо…

— Вообще-то, ничего не планировалось. Решение я принял за минуту во время гонки, когда ехали на полной скорости. Этап проходил быстро, команда Garmin, кажется, просто убивала нас, задавая скорость впереди. Мои ноги адски болели, но я подумал, что раз мне больно, то как же плохо чувствуют себя другие? Мы подошли к подъёму, где всё началось, и я решил атаковать.

  До этого уже сказал своим товарищам поехать в отрыв, переложился, и всё отлично сработало. Да, это правда, когда я так атаковал, то действовал инстинктивно, но я также знал, что на 10% и более градиенте моему соотношению ватт на килограмм трудно соответствовать. Поэтому если мне удавалось выдать это на трудном подъёме, я знал, что порву всю гонку.

Альберто Контадор о Крисе Фруме, измерителях мощности и изменениях в велоспорте

Photo © Unipublic/Photogomez Sport

 

— Тебе не кажется, что взяв ту победу на Фуэнте Де в 2012, а затем завершив карьеру победой на вершине Англиру, ты замкнул полный круг?

— О таком завершении карьеры мечтает каждый профессионал. И для болельщиков тоже в том году на Вуэльте важным был не только Англиру. Каждый день, даже на транзитных этапах, где возникал даже небольшой шанс попытаться переломить гонку, я его использовал. Это велоспорт, таким его хотят видеть зрители. Прошло два года с тех пор,  как я завершил карьеру, но люди всё ещё подходят ко мне на улице и благодарят за ту Вуэльту, которая принесла им огромное удовольствие.

— Стала ли победа на Джиро д’Италия-2015 после первой недели травм и падений самой тяжёлой из твоих побед на Гранд-туре?

— Это одна из тех побед, где мне пришлось бороться большей частью в одиночку, потому что команда была не очень сильной и большую часть этапов за 40 – 50 км до финиша я оставался изолированным. Гонка потребовала огромной концентрации. Astana была очень сильной с Фабио Ару и Микелем Ландой, я всё время должен был быть предельно внимательным. На этапе с Мортироло я шёл на пределе. Думаю, для меня этот день стал самым тяжёлым за всю карьеру.

Альберто Контадор о Крисе Фруме, измерителях мощности и изменениях в велоспорте

 

— Потом в последний день в горах, когда Ланда и Ару пошли в атаку, казалось, ты проиграешь Джиро в последнюю минуту.

— Физически это не был плохой день, но меня сильно мучила аллергия. Было очень ветрено, облачно, пасмурно весь день. В таких условиях мне было трудно дышать. Я просто не мог выдать больше 80% уровня своей полной мощности. Но хотя выглядело, что я сломался, к счастью, я смог идти на 300 ваттах. Им было бы сложно выиграть у меня 4 минуты. Погода для меня всегда была важна. Когда я атаковал, или вот – вот должен был пойти дождь или дождь шёл за день до этого.

— Говоря о дождливых этапах на Гранд-турах. Раз они так подходили тебе для атак, на Тур де Франс-2014 на этапе в Вогезах шёл проливной дождь, а ты сошёл. Один из твоих товарищей по команде, с которым ты долго выступал, Паулиньо, сказал, что никогда не видел тебя таким сильным, как на Тур де Франс в том году. Это правда?

— Да. Форма была отличной. Я был так уверен в себе, что, возможно, это и стало причиной падения – засунул руку в задний карман, чтобы взять еду, спускаясь по плохой дороге со скоростью 80 км/ч. Я хорошо проехал Дофине, не выиграл потому, что у меня не было команды, но был сильнее Sky, в том году выиграл Тиррено-Адриатико. Это был мой лучший год во всём – в соотношении ватт на килограмм, в результатах. Но я упал на Туре, и всё. Ничего не поделаешь. Это спорт.

 

— За последние 10 лет изменилось ли то, как проходят Гранд-туры?

— Очень. Огромная разница в том, что всё стало более профессиональным. Раньше у каждого был измеритель мощности, но не все понимали его назначение. Теперь каждый гонщик знает, что это за цифры, и то, что они показывают на тренировках, радикально влияет на то, как вести гонку. Гонщик решает, атаковать или нет, потому что он понимает, что если слишком поднажмёт, то потом точно выпадет.

  Уровень выступления стал выше. Гонщики лучше знают своё тело. В этом парадокс — они меньше рискуют. В свою очередь это влияет на ход гонки. Самые большие разрывы создают скорее не атаки или опора на инстинкт, а то, когда гонщики выпадают. Это война в хвосте пелотона. Как на Льеж, где с каждым подъёмом пелотон растягивается, но не рвётся, и каждый раз остаётся всё меньше гонщиков. Сейчас атаковать можно только в конце этапа, но изменения, которые формируют гонку, происходят на протяжении всего этапа – но в хвосте, а не в голове.

— Велоспорт стал слишком предсказуемым?

— Мне стал нравиться меньше. Уверен, 90% гонщиков чувствуют то же самое. Когда идут подъёмы в 7-8% градиента, в основном это происходит на Туре, всё сводится к тому, какая из команд коллективно выдаёт лучшее соотношение ватт на килограмм. Если одна команда сильна, итог можно просчитать математически.

С другой стороны, если градиент 10-12%, как случается на Джиро д’Италия и Вуэльте Испании, соотношение ватт на килограмм переключается с вопроса, что может выдать команда на то, что способен показать индивидуальный гонщик. Если организаторы Тур де Франс хотят сделать гонку более интересной, им нужно найти более крутые подъёмы.

— Ты всё ещё ратуешь за то, чтобы избавиться от измерителей мощности?

— Измерители мощности очень ценны для тренировок. Но в гонках они убивают элемент инстинкта, ведения гонки по ощущениям, когда не задумываешься, не слишком ли трудно. Без измерителей мощности разделки не становились бы задачей постараться удержать 400 ватт на всё протяжении, а зависели бы от интуиции. Это было бы гораздо интереснее, чем отмена радио в гонках.

—  Все говорят, что Эган Берналь – будущее, но также понятно, что Фрум не сказал ещё своего последнего слова. У Ineos масса вариантов – Герант Томас, Ричард Карапас…

— Берналь – не будущее велоспорта, он его настоящее. Об этом говорит и то, как он побеждает, и то, сколько он уже выиграл. Но я считаю, что Фрум вернётся к своему прежнему уровню. Это отличительная черта великих чемпионов – когда у них проблемы или травмы, у них такая мотивация, что они могут вернуться.

  Он не становится моложе, это влияет. Но он хочет снова выйти на свой максимальный уровень, что самое главное. Фрум – великолепный универсал с огромным опытом. Думаю, команда поддержит его на 100% в борьбе за пятый титул победителя Тур де Франс. Но если они дадут свободу действий и Берналю, и Фруму, тогда не знаю, кто из них выиграет.